Actions

Work Header

Мертвые Боги

Chapter Text

Пахло океаном, тем неповторимым сочетанием, которое сложно было перепутать с чем-то иным. Запах рыбы, водорослей и соли перемешивался с запахом нагретого на солнце песка, а еще чего-то свежего и яркого – всего того, что непроизвольно заставляло Денни думать о бескрайней толще темной воды в солнечных бликах, бирюзовой у берега и темно-синей дальше к горизонту.

Над головой призывно качались султаны пальм, шелестели кронами деревья и древовидные папоротники, пока ветер лениво перебирал мясистые зеленые листья, и именно где-то в этих зарослях скрывался нужный им дом.

Денни с раздражением провел тыльной стороной ладони по лбу, утирая выступившую испарину. Сдавшись, наконец, под гнетом пекла и невыносимой духоты, приправленной липкой, льнущей к коже влажностью, он стянул галстук и бросил его на свое сиденье. Узкий кусок ткани и так не помог бы ему выглядеть более профессионально, когда на спине и подмышками его белоснежной рубашки уже расползлись темные пятна пота.

Мека лишь одобрительно фыркнул в его сторону, но жара достала и его, так что напарник поленился даже прокомментировать столь нехарактерное для Денни поведение. Стоило выбраться из прохладного салона Камаро, как на них тут же навалился гавайский полдень, тягучий и знойный.

С каждым новым днем, проведенным на этом раскаленном куске суши, Денни все больше склонялся к крамольным мыслям о смене рабочего гардероба. Ну, или, по крайней мере, обуви. Его стойкость вот-вот была готова расплавиться под палящими лучами, и ему не было бы стыдно. Потому что даже тень не приносила долгожданного облегчения, а лишь коварно манила обещанием прохлады, и стоило только шагнуть в ее зовущие объятия, как сверху падала удушающая, давящая пелена, приглушая немного окружающие краски, но так и не спасая от жары.

Открыв багажник, Денни осторожно достал прозрачный пакет внушительных размеров, в котором лежала потемневшая от времени деревянная маска. Некогда яркие краски на ней давно потускнели, но на удивление не слезли и не облупились, что было бы ожидаемо, раз за той явно не ухаживали и не следили, забыв и бросив пылиться. И он должен был признаться, что чем дольше он смотрел в темные провалы глазниц, тем более симпатичной она ему начинала казаться, хотя поначалу он поражался ее уродливости. Кажется, он все же умудрился к ней привыкнуть, провозив столько дней с собой и показывая всем, кому только мог.

Дело, которое на них спихнули, было несколько странным на его взгляд, а Ханамоа, только поддавшись все повышающейся температуре, немного успокоился и перестал все время нервно вздрагивать и осматриваться кругом. Чужое беспокойство невольно передалось и ему, хотя Денни никогда особо не верил в сверхъестественное, богов, духов и прочую чушь.

Информатор Меки мог и ошибаться, давая им наводку по последнему их делу о неудачной попытке кражи, закончившейся двумя ранениями и одной смертью. Выжившие перепуганно твердили что-то про Вао Акуа (2), он не совсем поверил даже с переводом и подробными объяснениями от Меки, и про колохе (3). Парни с перепугу начали стрелять друг в друга, а ведь вполне имели все шансы спокойно сделать свое дело и скрыться в ночи с добычей, какой бы сомнительной на первый взгляд та ни была. Возможно, какому-то коллекционеру и могла приглянуться странная маска и какие-то размалеванные плошки, в чем лично он сильно сомневался. Но эти вещи точно не стоили того, чтобы из-за них начать пальбу по своим же подельникам. И он даже смирился с тем, что именно ему пришлось собирать и упаковывать все это добро как вещдоки, потому что местные из приехавшей бригады наотрез отказались прикасаться и к маске, и к горшкам. Даже рациональный Мека и тот с облегчением скинул на него эту работу.

Тогда Денни не осталось ничего иного, как взять в руки уродливую маску, невольно вздрогнув от прикосновения мягких перьев и ремешков с бусинами к голой коже, не защищенной перчатками, и осторожно засунуть ее в пакет побольше. С плошками было проще – он собирал их сразу по несколько, после чего их ждала та же участь, что и маску.

На этом бы все могло и закончиться, но неудачные воры-домушники, перебивая друг друга, твердили и твердили про на кахуна (4), для которых они и собирались украсть это добро, так что пришлось давать в розыск еще и заказчиков по обрывочному и сумбурному описанию попавшихся исполнителей.

Владельцами дома, который на удивление вполне себе имел жилой вид, оказалась семейная пара из Европы. Чета Морсти из Бельгии не особо горела желанием общаться с ними, и отказалась от предъявления обвинений – ничего же в итоге не было украдено. Так что пришлось заводить заведомо гиблое дело на основании одних только показаний задержанных. И когда оно зашло в тупик за неимением солидной базы для расследования, он извлек из архива вещдоков маску и взял ее за отправную точку для расследования. Не то чтобы у него было и без этого мало работы, Денни просто не любил оставлять что-то несделанным или незавершенным, если хоть что-то могло от него зависеть. И может быть, в нем еще немного говорила профессиональная гордость – ему порядком надоело, что его недооценивали, особенно только потому, что он был неместным.

И для начала им нужно было узнать, какую же именно ценность могли представлять так и не украденные предметы. Вот только и специалисты, и старьевщики, и вообще, все, кто хоть немного понимал в антиквариате, и к кому они с напарником безуспешно обращались за консультацией и советом, в голос твердили, что ни маска, ни плошки никакой ценности не имели, даже исторической, хотя дерево и казалось всем слишком старым, чтобы так хорошо сохраниться. Светлая мысль обратиться к околооккультной публике пришла первой, конечно же, Меке, а он уже вынужден был его в этом поддержать – других идей все равно не было. И тут вновь пригодились связи Ханамоа, который раздобыл для них адрес того, кто им, возможно, мог оказаться действительно полезным.

Оставив Камаро остывать в сомнительной тени у обочины, они тяжело зашагали в сторону предполагаемых ворот. Или калитки. Или просто крыльца с входной дверью, в которую можно было бы постучаться и напроситься внутрь в предполагаемую прохладу. Человек, который якобы должен был им хоть как-то помочь по наводке информатора Меки, про которого тот, кстати, упорно не хотел рассказывать, сохраняя загадочное молчание, жил в тихом районе и на тихой улице с запрятанными в зелени домами. Близость к океану в этих душных джунглях не давала никакого преимущества, но в целом само место Денни понравилось.

Им пришлось поплутать в поисках нужного съезда, и даже теперь он не был до конца уверен, что они свернули там, где надо. Навигатор выдавал ошибку за ошибкой, пока окончательно не сдался и не отключился, отказываясь соединяться со спутником или ближайшей вышкой, передающей сигнал. Мека тоже настороженно оглядывался со своего места, и Денни в очередной раз порадовался, что тот не остался в офисе разбирать обычный завал с бумагами и свидетельским показаниям по другим их делам, и настоял составить ему компанию. Без чужих подсказок было бы намного сложнее ориентироваться на местности, особенно когда подводили современные технологии и устройства.

Некогда опрятные ступеньки теперь едва виднелись из-под слоя старой листвы, мха и какого-то стелящегося растения. Денни ненадолго замер, осматриваясь вокруг, чтобы в последнюю очередь посмотреть себе за спину. Трудно было сказать, пользовались ли этой дорогой регулярно или нет, их следов точно не осталось, сколько бы он ни вглядывался. И чем дальше они продвигались, тем мрачнее и темнее становилось вокруг, словно уже начало стремительно вечереть, а он и не заметил.

Вокруг разлилась гулкая объемная тишина – ни шелеста, ни шорохов, ни пения птиц; было слышно только их дыхание, отчетливое и громкое. Как в каком-то кошмаре. Хотелось что-то сказать или просто крикнуть, чтобы разрушить это впечатление, но Денни сдержался в последний момент и только покосился на остановившегося рядом напарника. Они переглянулись, но ни один так и не решился предложить другому развернуться обратно и оставить это гнетущие место; чувство долга гнало обоих вперед.

Вместо ворот или калитки их встретила просторная каменная арка, за которой находилась еще одна, поменьше, и дальше в пышной зелени даже угадывались очертания дома и заветная дверь. Местная архитектура у него уже не раз вызывала недоумение. Сложно было воспринимать реальность серьезно, когда большие белокаменные особняки могли соседствовать с низкими бунгало, пока рядом жался к деревьям сложенный из листов жести вполне себе жилой дом. И как это обычно бывало, тихий район вовсе не гарантировал тихое соседство; как раз наоборот. Впрочем, все, на что он сейчас здесь смотрел, так или иначе, выглядело чужеродным и неуместным, что у него вновь возникло чувство, будто он оказался в каком-то странном сне.

Очень реалистичном, живом и ярком, но все равно сне, потому что пока он разглядывал добротную деревянную дверь в поисках звонка или того, что могло тот заменить, ему казалось, что он должен был вот-вот проснуться.

- Что думаешь? – решил, наконец, нарушить молчание Денни.

- Ты будешь смеяться, поэтому я промолчу, - отмахнулся Мека, нервно улыбнулся. Настроение напарника начинало не нравиться Денни все больше и больше, хотя это не он вырос на историях о духах, живущих в самых темных частях джунглей, загадочных менехунах (1), гоблинах-людоедах и богах. Ему, воспитывавшемуся в католической семье были больше близки понятия рая, ада, ангелов и демонов, нежели всего того языческого изобилия, что превалировало на Гавайях. И хотя он не верил в подобные вещи, это не означало, что он стал бы смеяться над страхами напарника. Ну, может быть, совсем немного. И только сидя в шезлонге где-нибудь на заднем дворе семьи Ханамоа с бутылочкой запотевшего пива.

Денни, взяв инициативу в свои руки, уверенно постучался и замер в ожидании ответа.

- Здравствуйте! Полиция! Есть кто дома?

Он растерянно подергал ручку, и, конечно же, дверь была надежно заперта. В целом можно было разворачиваться и уходить, оставив записку со своими контактами и просьбой связаться при ближайшем удобном случае, но он все не мог отделаться от предчувствия особой важности происходящего. Они уже готовы были с облегчением вернуться к машине, когда дверь вдруг с тихим скрипом отворилась, и из темного провала на них уставились черные, практические бездонные глаза.

Перед ними могла стоять женщина или подросток, с равными шансами это мог быть и весьма низкорослый мужчина, даже ниже него, – кроме глаз Денни вообще ничего не видел, словно лицо расплывалось в полумраке, теряя черты.

- … Здравствуйте, - Денни растерялся всего на мгновение, не ожидая, что им все же откроют. – Детектив Денни Уилльямс. Это мой напарник – детектив Мека Ханамоа. У вас найдется несколько минут, ответить на наши вопросы?

- Сюда нечасто захаживают хаоле (5) с глазами как небо и волосами цвета песка, - проскрипели с той стороны, проигнорировав его слова. И вновь ему осталось только гадать о возрасте и поле говорившего, хотя пока Денни больше склонялся к тому, что это все же была женщина. Точнее девушка. Кажется. Теперь он вообще ни в чем не был уверен.

- Простите за беспокойство, но не могли бы вы…

- Зачем полиции могла понадобиться помощь на алакаи о ке акуа (6)?

Он в растерянности повернулся к напарнику, как обычно надеясь, что тот переведет ему незнакомое слово, и возможно, даже возьмет это странное общение на себя. Но, кажется, ему впервые приходилось видеть Меку настолько побледневшим, с дрожащими синими губами и остекленевшим взглядом. Словно тот приведение увидел. Правда, к его чести, он быстро справился с первым потрясением, чтобы он там ни разглядел в открывшем им дверь человеке.

- Не хочу показаться грубым, - осознав, что помощи он пока вряд ли дождется, как можно более уверенно и спокойно заговорил Денни, возвращаясь к собеседнику, - я не знаю вашего языка, но не могли бы вы ответить на несколько вопросов. Это не займет много времени. И да, нам нужна ваша помощь.

Из полумрака фыркнули что-то неразборчивое, но, по крайней мере, дверь приоткрылась еще немного, так что теперь он мог рассмотреть, что перед ним стоял все же юноша, если глаза его не подводили, и он смог верно определить чужую половую принадлежность. Из-за длинных волос и непонятной одежды он вполне мог и ошибиться, но надбровные дуги и острый кадык все же однозначно свидетельствовали в пользу его выводов.

- Эта опасная вещь, - паренек кивнул на его руки, в которых Денни держал маску. - С ней вам в этот дом прохода не будет.

- Именно про нее мы и пришли задать несколько вопросов.

- И малихини (7) готов заплатить цену?

Стоило первоначальному удивлению немного улечься, как стало заметно, что подросток перед ним знал язык не особо хорошо, отсюда, скорее всего, и шла его странная манера речи, да и акцент, на который Денни тоже только сейчас обратил внимание. А еще у него было стойкое впечатление, что они с самого начала говорили о разных вещах. Ну, Денни пока хотя бы половину слов понимал, привыкнув, что ему постоянно напоминали о его статусе чужака.

- Вы хотите, чтобы я заплатил за информацию? – Денни озадаченно нахмурился, прикидывая, сколько наличности у него было с собой, хотя вряд ли ему светило оправдать подобные траты перед бухгалтерией. Паренек у него пока вызывал недоверие и смутное чувство тревоги, нежели уверенность, что они получат нужные им ответы, но он все же решил до конца оставаться вежливым. – А взрослые дома есть?

- За проход. Чтобы пройти, - уточнил тот, видно подобрав, наконец, в своем словарном запасе нужное слово. И как у любого подростка у него сделалось очень недовольное лицо при упоминании о взрослых.

- Прости, но, кажется, мы говорим о разных вещах.

- Возможно, но это вы искали дорогу, и это вы пришли сюда, - пожал худыми плечами паренек и посмотрел куда-то за его спину, вызывая у Денни нестерпимое желание, обернуться и тоже посмотреть, что могло там быть, потому что чужой взгляд ему совсем не нравился. Правда их чудная беседа даже начала его немного забавлять. И если бы не странная реакция Меки, возможно ему даже было бы не так некомфортно под изучающим тяжелым взглядом, который мог бы принадлежать столетнему старику, а не пацану лет двенадцати-четырнадцати.

Денни решил сыграть по предложенным правилам и достал бумажник, чтобы выудить десятку и протянуть в темный провал. Кто знал, возможно, им все же могло повезти узнать что-то стоящее.

- Плата – это не деньги, - снова фыркнул парень, - и хаоле должен понимать, что у него есть все шансы стать пио (8), если он будет следовать дорогой, что привела его к этому порогу.

Вокруг было по-прежнему так тихо, что он при всем желании не смог бы ослышаться, да и плохое знание языка не могло служить оправданием – свой совет паренек проговорил четко и внятно, даже почти без акцента, хотя понятнее его слова от этого для Денни не стали.

- И на этом, думаю, нам стоит попрощаться, - было несложно понять его скепсис и недоверие. Даже городские уличные шарлатаны и то больше старались, чтобы впечатлить публику.

- От судьбы не уйдешь, - неожиданно сказал паренек глубоким мужским голосом.

В приоткрывшийся пошире проем Денни стало видно немного коридора, больше теней, чем чего-то конкретного, поэтому он быстро оставил попытки рассмотреть что-то путное или что-то, что помогло бы ему хоть немного понять происходящее. Оставалось только надеяться, что незадавшийся с самого начала день не продолжит быть столь же чудным, ему и одной жары хватало помимо всяких странностей.

- Негусто, - Денни оценивающе примерился к двери, к ухмыляющемуся подростку и тому, насколько быстро он мог бы подставить ногу в проем, чтобы не дать пацану спрятаться внутри и не ответить на их вопросы. Настороженность сменилась раздражением, готовым перерасти во что-то более серьезное.

- Денни! – Мека судорожно схватил его за руку и начал дергать на себя, шипя при этом как неисправный насос. – Денни, следи за словами! Ке алакаи (6), спасибо за совет. Мы будем бесконечно благодарны за любую помощь.

Денни только поморщился и все же решил не идти на конфликт, у них и без этого хватало на сегодня дел, чтобы тратить лишнее время на какого-то пацана, но у Ханамоа, кажется, были совсем другие планы. Парень склонил голову вбок, словно прислушиваясь к чему-то, после чего неохотно проскрипел:

- … Учитель примет вас, но Маска останется снаружи. С ней прохода не будет.

- Конечно, - согласно закивал Мека и шагнул в темный провал, Денни даже возразить не успел.

Теперь прохлада дома манила его куда как меньше, нежели когда они только шли сюда. Хотя темный коридор на первый взгляд выглядел вполне себе безобидным. Коридор как коридор, кажется даже с какими-то цветастыми обоями. Они пришли за ответами, и уходить ни с чем, конечно же, не хотелось, но что-то пацан все еще совсем не вызывал у него воодушевления.

- Хаоле остается или заходит?

- Заходит, - процедил Денни и нерешительно огляделся. Решив, что у кустов возле каменной арки маски хотя бы не будет видно с дороги, он отнес ту в тень и оставил лежать, уже жалея, что ввязался в эту авантюру. Если с ней, как вещдоком, что-то случится, или она вдруг пропадет, у него будут серьезные проблемы с начальством, да и департаментом в целом. Будто у него и так недопонимания не было с коллегами.

Идти пришлось по полутемным коридорам до большой просторной комнаты, главным украшением которой были двери-окна, выходящие в сад. И хотя они были открыты нараспашку, оттуда, где он стоял, было видно лишь немного светлой плитки на полу - остальной обзор закрывала пышная цветущая растительность.

- Ждите здесь.

Денни с сомнением огляделся, но им действительно было, где расположиться – к дальней стене жалось несколько стульев и одно кресло, в центре стоял небольшой круглый стол и еще два стула, и что-то ему подсказывало, что именно здесь местный, как его там назвал Мека, принимал посетителей.

Что-то прикоснулось к его волосам, мягко и ненавязчиво, Денни досадливо поморщился, поднимая руку, чтобы смахнуть паутину, но так и замер, холодея. В коридорах и этой комнате не было паутины, как не было и пыли: вокруг на удивление было прибрано, каждая вещь на своем месте, а значит, это его богатое воображение начало играть с ним шутки, хотя он никогда не считал себя настолько впечатлительным.

Вопрос выбора, куда все же присесть отпал сам собой; из сада держась за плечо подростка, вышел слепой старик. Денни даже поначалу решил, что тот просто неважно себя чувствует, раз идет с чужой помощью, но ровно до тех пор, пока не заглянул в белесые и невидящие глаза.

Они переглянулись с Мекой, и тот подошел к столу, чтобы занять оставшийся свободным стул, в то время как Денни остался стоять у входа. Прислушиваться к разговору ему не было смысла, все равно он не понимал языка, а вот проследить за тем, чтобы к ним никто не зашел со спины, более чем мог. Мелкий пацан снова скрылся в саду, так что Денни ничто не отвлекало от созерцания скучного, некогда белого потолка или отходящих от немного обшарпанных стен плинтусов.

Мека что-то обстоятельно и неторопливо объяснял, перегнувшись через стол, но, кажется, безуспешно. Его собеседник не выглядел заинтересованным в разговоре, что еще раз навело Денни на мысль, что они здесь только зря тратили время. Ему быстро стало скучно просто стоять и смотреть по сторонам, поэтому он вернулся к изучению человека, которого настоятельно рекомендовал навестить загадочный информатор Меки. Старик иногда даже моргал, озадачив этим Денни. У него сразу же сложилось впечатление, что тот когда-то был вполне себе зрячим, а теперь это впечатление только усилилось.

- Я отдал свои глаза, чтобы получить новые, которыми можно видеть то, что скрыто, - на хорошем английском пояснил старик. Он безошибочно смотрел в его сторону, словно мог видеть, хотя, скорее всего, просто слышал дыхание Денни, как и многие слепые, ориентируясь в пространстве с помощью других органов чувств. Осталось только непонятным, как тот смог угадать его мысли. - Это была моя цена за дар. А что готов отдать хаоле?

- Мека? - позвал Денни. Он бы еще мог предложить денег, но вот с важными и нужными частями тела он как-то не рассчитывал расставаться только ради дежурных ответов по делу, которое и так грозило остаться висяком, что бы они ни делали. – Ты уверен, что нам стоит тут задерживаться?

- Денни! - в который раз за это утро возмущенно зашипел на него напарник. – Прояви, пожалуйста, немного почтения.

Проявлять почтение точно не входило в его планы на сегодня.

- Я вижу отметку Избранного на тебе, но достоин ли ты – другой вопрос.

Денни отвернулся и закатил глаза, вот только про избранность ему не хватало выслушивать, но, по крайней мере, с них все еще не начали тянуть деньги.

- Молодому человеку не стоит столь скептически относиться к словам старика, выпавшую судьбу все равно не изменить, а вот облегчить трансформацию можно.

С таким же успехом тот мог говорить с ним на гавайском, Денни половины все равно не понял, да и не хотел ни понимать, ни принимать. Кажется, получить консультацию по их делу им не светило, они только время зря потратили - и свое, и чужое.

- Та вещь, что осталась за порогом, - он намеренно не стал уточнять, что это была маска, вдруг паренек не стал об этом упоминать, а значит, был шанс проверить старика, - что вы можете о ней сказать?

Старик склонил голову набок, словно к чему-то прислушиваясь, совсем как его ученик до этого там, на пороге, и прикрыл глаза. Легкий ветерок, что долетал до стола из сада, едва-едва тревожил собранные в хвост на затылке седые волосы. Только сейчас Денни обратил внимание на вплетенные в пряди бусины – полупрозрачные и практически незаметные - странный выбор для столь почтенного возраста, но, с другой стороны, чего он только не повидал на этом острове за те полгода, что здесь жил и работал. Так что бусины были еще не самым странным украшением.

- Я не вижу единого целого, только половину. Все стремится к завершенности, к единению и единству, и часто дорога к нему устлана жертвами, нравится нам это или нет.

Это был воистину разговор слепого с глухим. Он многозначительно посмотрел на Меку и кивнул в сторону выхода, задерживаться здесь еще хоть немного он не собирался, и тот мог выбирать или остаться, или присоединиться к нему. Напарник понял его без лишних слов и коротко кивнул, жестом прося еще пять минут.

- Спасибо, уважаемый ке алакаи, за ваше время. Департамент полиции Гавайев благодарен за оказанные помощь и содействие.

Тут Денни еле сдержался, чтобы не фыркнуть, выслушивать очередное негодующее шипение от Ханамоа он не хотел, поэтому поспешил отвернуться к стене.

- Грядут перемены, вам лучше подготовиться.

Паренек словно только и ждал этих финальных слов напутствия, чтобы внезапно появиться в проеме двери, ведущей в сад, и вопросительно глянуть на них.

- Мы уже уходим, не волнуйся, - помахал ему рукой Денни и, не дожидаясь сопровождения, шагнул в полумрак коридора.

- Уилльямс, каким же порой невыносимым ты бываешь, - вздохнул Мека, явно давно смирившись с этим фактом. Он догнал его у входной двери и не преминул высказать свое недовольство. – Просто форменная задница.

- И ты все равно меня любишь, детка, - улыбнулся Денни через плечо.

- Ничего не могу с собой поделать, наверное, все дело в привычке.

- Или в моей неотразимости и обаянии, - он поспешил распахнуть дверь, впуская в темный коридор немного тусклого света. С крыльца было видно не только обе арки, пакет с маской, на которую к его облегчению, так никто и не позарился, но и часть дороги, по которой они пришли.

- Ага, и в раздутом самомнении ко всему прочему.

- Подожди, хаоле, - окрик застал его уже у ступенек, но он все равно задержался и с любопытством оглянулся.

Денни честно ожидал, что ему выдадут еще одну порцию непонятных предсказаний, но никак не того, что его окатят из глиняного кувшина какой-то жидкостью.

- Е вехе и коу мау мака (9).

- Какого?! - ему оставалось только возмущенно разглядывать захлопнувшуюся дверь, беспомощно смаргивать солоноватую воду и надеяться, что та была хотя бы относительно чистой, пока из-за двери доносилось довольно зловещее хихиканье. Он бы понял, если бы в него стреляли или начали угрожать ножом, как не раз уже бывало, но его впервые обливали. Еще и Мека замер как вкопанный на своем месте и с ужасом уставился на него.

- Что? – Денни даже не по себе сделалось. – Все так плохо? Я становлюсь фиолетовым?

Про изменение цвета кожного покрова это он пошутил. Ощущение воды на коже сразу же исчезло, словно и не бывало, и будто бы его еще буквально минуту назад не облили, даже на рубашке следов не осталось. Это, конечно, было странным, как и все что происходило с ними, стоило им свернуть с основной трассы на дорогу, ведущую в этот район, но не настолько, чтобы напугать. Жара по-прежнему стояла такая, что он даже не придал бы этому особое значение, если бы не реакция напарника.

- Это очень плохо, - Мека схватился за голову и принялся раскачиваться из стороны в сторону, а потом добавил с упреком. – Ты мог бы проявить хоть немного больше почтения, брах!

- Воу-воу, детка, - конечно, Денни и самому было неприятно, но не до такой степени. - Успокойся и объясни мне, наконец, что происходит, потому что я явно не в курсе ваших вуду или как там это называется. Что в этом такого плохого? Ну облил он меня соленой водой и ладно, не сахарный, не растаю. Хотя знаешь, что? Я сейчас вот настолечко, - он прищурился и приблизил к лицу сведенные до миллиметров указательный и большой пальцы в демонстрации степени своего терпения, - далек от того, чтобы выбить эту чертову дверь, и преподать этому наглецу несколько уроков вежливости.

- Не-не, даже не думай! Давай поскорее уберемся отсюда, - Мека как на буксире принялся тащить его в сторону машины, то и дело нервно оглядываясь на дом и каменные арки.

- И это мне вообще ни о чем не сказало. Что этот пацан имел в виду? Что он сказал?

- Ничего хорошего, вот что. Я с самого начала считал, что нужно бросать это дело и плевать на статистику. Не первый и не последний висяк, что на нас спихнули.

Они могли, действительно, если бы не упрямство Денни.

- Ну, это не тебя только что облили соленой водой.

- Так, - кажется, Ханамоа взял наконец себя в руки. - Нам нужно кое-куда заехать, и не спорь со мной. Хотя бы раз со мной не спорь, Денни. Пожалуйста. Просто сделай, как я прошу.

- … Хорошо.

- И никаких вопросов по дороге! Я потом все тебе объясню, если для тебя останется что-то непонятным или неясным.

Денни прикинул свои шансы и решил сдаться, Мека выглядел слишком серьезно настроенным, да и ему что-то внезапно стало не по себе. Неизвестность в принципе его всегда напрягала, впрочем как и любого нормального человека. По крайней мере, он не чувствовал в себе каких-либо изменений, или что там с ним должно было случиться, ложиться и помирать здесь и сейчас он точно не собирался.

- Ладно, детка, я не буду ни о чем спрашивать. Пока, - он помахал указательным пальцем перед носом напарника и бодро зашагал к тому месту, где они оставили машину, взяв маску подмышку. Ему и самому уже не терпелось оказаться посреди цивилизации, шумного потока туристов и ярких вывесок, хотя бы чтобы просто напомнить себе, что происходящее не было всего лишь его сном.

 

 

1 Менехуны (ка пое менехуне) - мифические маленькие люди, хитрые и озорные, которые часто упоминаются в легендах, живут глубоко в лесах островов. Говорят, что менехуны населяли острова задолго до прихода полинезийцев, но они продолжали появляться в преданиях более поздних времен;

2 Вао Акуа (Wao akua) – Мир Духов в гавайской мифологии, соответственно, слово акуа – дух, духи;

3 Колохе – нарушитель спокойствия, баламут, один из многочисленных представителей акуа или духов в гавайских поверьях, может представать в самых разных обличиях;

4 На кахуна (nā kāhuna) – жрецы, служители божества, совершающие жертвоприношения;

5 Хаоле (haole) – иностранец, чужеземец;

6 Nā alakaʻi o ke akua – проводник духов или посредник между миром людей и миром духов; дальше я использую более простое слово для восприятия (и перевода, что уж говорить) – ке алакаи (ke alakaʻi) или проводник;

7 Малихини (malihini) – незнакомец;

8 Пио (pio) – жертва, жертвоприношение, приносимый в дар божеству предмет или живое существо (убиваемое при этом);

9 E wehe i kou mau maka – Пусть твои глаза откроются;